Три абстракции, два мира и один день.

810

Внутренний мир гораздо интереснее внешнего. У меня не возникает сомнений на этот счет. Иногда мне приходится искать то интересное во внешнем мире, что может меня увлечь. И я думаю, эти поиски и есть то, что меня развивает. Как говорит Мадонна, «если мне чего-то не хочется делать, значит, это именно то, что я должна сделать».
Еще меньше остается энтузиазма на то, чтобы описывать события внешнего в письменном виде. И не из-за времени, а из-за того, что внешний фейерверк «в буквах» выражается совсем уж как-то плоско.
Но за последнюю неделю кое-какие кардинальные «внешние» изменения в моей жизни произошли.
Я начала делиться своим опытом в йоге с другими, помогаю осваивать асаны, и параллельно слушаю. Пока робко, но это оказалось захватывающе. Это подстегнуло меня к поиску разных видеоуроков. Вот несколько видео, которые будут полезны для человека «западного» — «вечно занятого» и «поверхностного» для восточных практик, как считают некоторые.
А еще я начала работать с детьми — 10-14-летними и гораздо младше. Последний раз я общалась с этим возрастом в 17-18 лет, когда работала в детском лагере и в школе. И это тоже открывает во мне новые грани.
По вечерам вместе с усталостью приходит воодушевление, и кажется, это только переходной этап к какому-то новому опыту самовыражения. «Опилки» в голове начинают выстраиваться в какой-то новый рисунок, и я как могу (медленно и не всегда верно, и все же), провоцирую этот процесс. Пока вопросов больше, чем ответов (точнее, список того, что еще нужно изучить), но сам процесс вдохновляет.
Вчера вечером я немного поностальгировала — румынские журналисты помогли. Они опубликовали репортаж о «самом непосещаемом регионе самой непосещаемой страны Европы» — о Гагаузии (откуда я родом). На эмоциях я даже перечитала один из собственных репортажей «из прошлой жизни» о гагаузах в Бразилии и с гордостью вспомнила о том, что поведал тогда мне мой собеседник, один из известных российских историков Михаил Губогло: исследования этнологов говорят «о большом синтезе языков и культур, которые вобрали в себя гагаузы, проходя через чьи-то земли».
Вот это самое выражение «синтез культур» — бальзамом на душу. Есть притча о трех типах людей, одни похожи на морковь, другие — на яйцо, а третьи — как кофе. Первые [твердые характером] в сложных условиях (в притче — кипяток) становятся мягкими, как вареная морковь, другие [мягкие по характеру] в кипятке твердеют, «закаляются», а третьи — изменяют внешние условия и трансформируются сами [из зерен кофе получается напиток]. Что-то есть в том, чтобы, проходя через земли, века и пространства, синтезировать, а не разрушать. Сегодня это, возможно, гораздо сложнее — объемы наших желаний несравнимы с желаниями предыдущих поколений, и каждый из нас — мини-версия концентрата человеческих желаний за все тысячелетия и разрывает нас от противоречий и конфликта интересов не слабо. Но выбор, куда двигаться — в сторону разрушения или синтеза — пока все же остается за нами.

Комментарий

Комментарий